В объятьях убийцы.

Она открыла глаза и начала по немного приходить в себя. Но даже когда поняла, что ее руки привязаны к потолку, а ступни к полу и она не может сделать ни малейшего лишнего движения, она все равно не испытала страх.

Первая ее эмоция, была злость. Она так хотела кричать, но во рту у нее был кляп, такой, что используют в БДСМ. Шарик, темно красного цвета, торчащий из ее губ, обвязанный на затылке, он не давал ей прокричать все то, что она хотел выплеснуть из себя. Вместо этого звучали глухие неразборчивые звуки. Окончательно придя в сознание, девушка начала неистово крутить головой из стороны в стороны, пытаясь понять, где она находится, но вокруг была лишь темнота.
Здесь было холодно и мокро, словно кто-то специально построил такое место, в попытках, еще больше запугать своих жертв. Тонкие проволоки, собранные из десятка своих братьев и сестер, начинали впиваться в кожу на запястьях и лодыжках, каждый раз, когда она хотела высвободиться. Но, не смотря на это, девушка рычала и дергалась из стороны в сторону, все больше затягивая петли.
Кромешная тьма не давала и шанса разглядеть место ее заточения, но звук, что она слышала над своей головой, был очень знаком. Словно миллионы пальцев бьют по железной пластине. Сомнений не было, она оказалась под землей, а сверху, хорошим ливнем, идет дождь.
Как бы сейчас не колотилось ее сердце, от выброса адреналина, она пыталась успокоиться, делая глубокие вдохи носом. Поняв, что чем больше она сделает движений, тем больнее ей будет, она перестала сопротивляться.
Какой бы сильной она себя не считала, но ожидать такого от своего состояния, она точно не могла. Сейчас она начинала понимать, что испытывали все жертвы этого человека. Сейчас, она находится здесь, одна, привязанная, в комнате, в которой воняет помойкой и еще бог знает чем. И ей придется пройти через все то, через что прошли, прошлые гости, этого мрачного заведения.
Она жадно хватала ноздрями застоявшийся затхлый воздух, а затем очень медленно и плавно выдыхала. Через какое-то время, сердцебиение начало уменьшать свой ритм и вскоре окончательно нормализовалось. В тот самый пик ее спокойствия, когда пульс пришел в норму, в нескольких метрах от себя, глубоко в темноте, она услышала звук. Металлический скрежет, словно кто-то начал вставать с железной кровати. Слух ее не подвел, через пару секунд, девушка услышала шаги, а затем зажегся свет.
Он включился так внезапно, что она не успела закрыть глаза и была полностью ослеплена, этим широким лучом. Даже после того, как ее веки закрылись, она видела мерцание отчетливых ярких пятен. Свет то включался, то выключался, ослепляя ее своими вспышками. Прозвучал скрежет по полу, открыв глаза, девушка смогла уловить расплывчатый силуэт мужчины, пододвигающего стул.

— Ну как ты тут? – Он стоял в полутора метрах от нее. – Моя маленькая девочка.

В ответ, он услышал только рычание. Все его тело словно вздрогнуло от перенапряжения. Быстрыми неуклюжими движениями, он начал расстегивать пуговицы на свое куртке, но они не хотели поддаваться его коротким пухлым пальцам.

— Подожди у меня. Ты, не покорная, плохая девчонка, — не выдержав, он дернул края куртки, и пуговицы отлетели в стороны, упав на пол. – Я научу тебя быть послушной малюткой!

Она рычала и дергалась, хоть и понимала всю безвыходность своей ситуации. Мужчина сделал шаг вперед и направил свет на ее ступни перевязанные проволокой. Луч фонаря медленно поднимался по ее телу вверх, останавливаясь на самых пикантных местах девушки. Мужчина внимательно смотрел на свою добычу, пытаясь не упустить ни единой детали.

— Ты прелесть, — он провел языком по своим губам и подошел еще на один шаг ближе. – Уверен тебе всегда говорили какая ты особенная, не так ли?

Свет устремился ей в лицо, и она машинально повернула голову в сторону, подальше от раздражителя ее глаз. Мужчина вытянул руку и почти прикоснулся к ней, но в паре миллиметров от ее губ, он остановился.

— Ты самая лучшая кукла, что когда либо, попадала в мою коллекцию. Мама была бы в восторге от тебя.

Подбородок девушки ощутил робкое прикосновение. Он дотронулся до ее лица и его сердце, тотчас начало набирать обороты, кровь разгонялась в его организме, и он почувствовал тепло по всему телу.

— Как приятно, — проводя пальцами по ее нежной коже, он покачивал головой из стороны в сторону, словно танцевал. – Ты великолепна!

Кончики его пальцев остановились на ее скулах, и в помещении погас свет. Она чувствовала, как он начал сжимать ее лицо свое потной рукой и поворачивать к себе. Луч фонаря, снова начал свою жизнь и устремился с низа вверх, проходя между их телами. Открыв глаза, она отчетливо увидела его мерзкое лицо, покрывшееся красными пятнами. Оно излучало удовольствие и блаженство, словно ему удалось поймать счастье за крыло.
Чуть ниже живота, она ощутила, как что-то холодное прикоснулось к ней и начало подниматься выше. Опустив голову вниз, она увидела блестящее лезвие, подбирающееся к ее груди. Дыхание замерло, а сердцебиение, словно остановилось. Сейчас ей стало по-настоящему страшно. Мозг начал резко выводить логические цепочки. Если жертвы всегда оставались в живых, то только по тому, что никто из них не видел его лица, но сейчас все по-другому. Она видела его, и очень отчетливо, поэтому, как только он наиграется со своей очередной куклой, ему не нужно будет сохранять ей жизнь. Он просто избавится от нее, как от ненужной вещи, и перейдет к следующей жертве для своих больных фантазий.

— Нам с тобой будет очень весело, — примкнув к девушке лицом, он заглянул к ней в глаза. – Я тебе обещаю.

Нож проник под рубашку девушки, обжигая своим холодом. Быстрым движением, Валентин дернул рукоять на себя, и рубашка расстегнулась, оголив ее тело. Последовал резкий выдох из ее легких, вместе с этим, она словно потеряла частичку себя. В ее глазах уже не было агрессии и злобы, в ее глазах он отчетливо наблюдал панику.
Мужчина опустился перед ней на одно колено, и его взгляд заинтересовало ее родимое пятно на животе.

— Как мило…

Он открыл рот и провел по этому месту своим длинным тонким языком. Она вздрогнула, а затем почувствовала, как по ее животу начали стекать остатки его слюны. Все ее лицо перекосил в гримасе отвращения и мерзости. Словно зверь, он начал зализывать ее, до тех пор, пока девушка не дернулась.
Мужчина, резко поднялся и крепко сжал рукоять клинка, послышался треск его пальцев. Лезвие, коротким и точным взмахом, оказалось возле горла девушки, немного порезав ее нежную кожу.

— Будь хорошей девочкой, — он посмотрел на нее из подлобья и повесил фонарь на крючок, из толстой проволоки, над ее головой. – Или папочка накажет тебя!

Убрав нож от ее горла, он широко открыл рот и впился в ее рану на шее. Она зажмурила глаза и попыталась отстраница от всего происходящего. Она пыталась, вновь и вновь поймать те эмоции гнева, но прикосновения губ, этого мерзкого ублюдка, никак не давали ей сосредоточиться. Облизав ее шею, он вновь спустился вниз, проводя клинком по ее темно красному бюстгальтеру, оставляя красные следы после лезвия.
Она услышала, как нож упал на пол и обе его руки начали расстегивать ремень на ее брюках. Обхватив ее за талию, он вытащил его и выбросил подальше от себя. Правой рукой, он оторвал верхнюю пуговицу брюк, а левой, начал медленно расстегивать ширинку. Увидев ее трусики, он не удержался и потрогал себя между ног. Прозвучал короткий мужской стон, и он вновь убрал от себя руку.

— Еще слишком рано…

Она услышала тихий шепот мужчины, а после, с нее слетели брюки, оставаясь висеть на ее коленках. Прозвучал отчетливый женский выкрик, уходящий в пустоту. Валентин уткнулся своим лицом в ее бардовое нижнее белье и начал жадно вдыхать аромат.

— Твой запах, — он поднялся с колен и встал в полный рост. – Я больше не могу терпеть!

Проведя своей щетинистой щекой, по груди девушки, он спустил с себя свои коричневые штаны. Его правая ладонь, скользнула между ее ног, девушка сразу же сомкнула колени.

— Тебе нравится? – Его пальцы начали совершать круговые движения, под темно красными трусиками. – Я знаю, что нравиться. – Не переставая тереться лицом об ее грудь, говорил мужчина.

Наконец, он вытащил руку и с жадностью начал облизывать пальцы. Опустив голову вниз, она увидела его крепко стоящий член, всего в нескольких сантиметрах от своего пупка. Машинально, ее таз начал движение назад, лишь бы быть подальше, отдалиться от него.

— Не надо, — он обхватил ее за талию и прижал к себе. Она отчетливо почувствовала пульсацию его члена, на своем теле. – Я хочу, чтобы мы были ближе.

Его рука с каждой секундой поднималась все выше по спине, оставляя после себя мокрый след и, наконец, дошла до застежки лифчика. Бюстгальтер был снят резким движением и он запрокинул его за ее голову. Увидев розовые соски девушки, он закрыл глаза, пытаясь не кончить прямо сейчас.
Девушка так и стояла, привязанная, не в силах пошевелиться или закричать. Все что она могла, так это ощущать мерзкие прикосновение животного, чьи лапы начинали медленно стягивать с нее стринги.
Вновь опустившись вниз, он начал водить кончиком своего языка по ее внутренней стороне бедра, с каждым мгновением, поднимаясь все выше, до тех пор пока его язык не очутился у нее между ног. Такого отвращение к человеку, да и к самой себе, она еще ни разу не испытывала. Его движения языком становились все быстрее и напористей, с той же самой скоростью нарастало напряжения ее тела.
В какой-то момент, она не смогла все это выдержать и начала вопить и дергаться из стороны сторону, пытаясь сделать хоть что-то, что бы убрать подальше от себя это мерзкое создание. Но видимо такой реакции от нее он и ждал. Вскочив на ноги, он начал трогать себя за член и неистово стонать.
Затем последовал громкий рык, и она ощутила как на ее обнаженные ноги, плотной струей, брызнула теплая вязкая жидкость. Мужчина так кричал, что заполонил собой все пространство вокруг. Все это продлилось чуть меньше минуты. Передернувшись всем телом, он опустился и натянул на себя штаны, сделав пару шагов назад, он снова исчез в темноте.
Девушка вновь осталась наедине с собой, ощущая, как по ее бедрам медленно стекают его остатки. Сейчас она чувствовала себя использованной, грязной и бессильной. Вот через что прошли те, кто был здесь до нее, и первый раз в жизни, она испытала жалость. Жалость ни к себе, жалость ко всем девушкам, чьи судьбы поломал этот извращенец.

Оставьте комментарий: