Проделки повешенной

Впервые в жизни я приехала в лагерь. О лагере я знала немного — танцы по вечерам, костер, «королевская ночь», страшилки и приключения. В комнату заселяли по пять человек. Девчонки стремились занять места у окна, я же, напротив, стремилась расположиться у стеночки — теплее, меньше дует. У меня веселые попались соседки — любители почитать «Секретные материалы» вслух перед сном, порассказывать страшные истории. А однажды вообще натянули на себя простыни и, когда я уснула, подошли ко мне и сказали «у…» — я от неожиданности испугалась, вот смеха-то было!
А потом мы узнали, что в этой комнате когда-то давно какой-то маньяк повесил девочку. Вожатые говорят, что если ночью кто не будет спать, то рискуют увидеть ее призрак. С тех пор всем нам было не так, как раньше. Даже свои «Секретные материалы» вслух читать перестали.
Мы жили на втором этаже. Прямо напротив нас стоял памятник Ленину. Его черная голова, торчавшая прямо посреди нашего окна, вечером пугала меня до нервного смеха. Да и от громкости спуска унитаза в туалете, что был прямо напротив нашей комнаты, меня коробило. Как будто бы водопад в ущелье грохочет через стену или реактивный самолет взлетает.
Как-то вожатые нам пожаловались, что младший отряд, живущий на первом этаже, очень напугался веревки с петлей, которая свисала у них прямо перед окном, что сразу под нашим. Зачем, говорили они, вы это сделали? Мы с девчонками только изумленно переглянулись, сказав, что никакой веревки у нас нет. Все через разное время вспомнили про повешенную. Когда настала ночь, мы просили всех девчонок в нашей комнате признаться, но все говорили, что это не они. На лицах некоторых появился страх. «Наверно, детишки ночью не спали», — предположила я. «Вот и увидели…» Девчонки кто поежился, кто фыркнул, кто молчал.
Этой ночью я проснулась среди ночи. Ужасный запах доносился из гардеробной, гнилой, сладкий. Именно таким может быть дыхание смерти… «Наверно, вот она», — подумала я. Так пахнут трупы… Я пыталась уснуть, но ничего не получалось, запах смущал меня. Потом я уснула. Наутро он пропал. Я рассказала девчонкам о запахе. Вожатые утром сказали, что младшие снова жаловались, теперь кто-то кидался чем-то сверху в траву, что их немало напугало. Мы дружно с честными глазами ответили, что не кидались. На следующую ночь я также чувствовала запах. Наутро — нет. Мне никто уже не верил.
Как-то я зашла в комнату днем, там никого не было. Приоткрыла гардеробную — ба, да оттуда несет! Этот удушливый, противный запах. Я побежала звать девчонок. Нашла Машу, Маша деловито вошла в комнату, я побежала искать других. Когда пришли Лена и Даша, я пошла с ними в гардероб. Запаха не было.
— Маш, а ты чувствовала запах?
— Какой запах? — спросила Маша. — Откуда?
Девчонки, хмыкнув и сказав «Да уж», разошлись по своим делам.
На следующее утро никто не жаловался ни на веревки, ни на кидание.
Наступила следующая ночь. И снова этот запах. Я тихонько разбудила Дашу.
— Даш, Даш! Чувствуешь?
— О, это опять ты…
— Ну, Даш! Принюхайся.
Даша стала нюхать.
— Точно — сказала она. — Пахнет…
Даша разбудила Лену и Аню. Маша лишь сонно поворочалась и снова провалилась в крепкий сон.
Мы подкрались к гардеробу. Запах здесь был гуще, слаще, отвратительней.
— Мамочки — сказала Аня.
— Пошли отсюда, — произнесла тихо Лена.
Девочки вышли. Я стала принюхиваться… Запах шел от моих вещей. Я порылась в них и нашла нечто скользкое, мягкое… Я одернула руку. Попросила фонарик у девчонок. Это был тухлый персик! Я показала его девчонкам, те прыснули от смеха. Похоже, пахнул именно он. Я отнесла пропавший фрукт в мусорку.
Вожатые ничего не сказали нам о странностях, которые видела младшая группа. Днем я шла в нашу комнату, а из нее выбежала Лена. «Мой белый топик, мои трусы!» — крикнула она. «Они все в вишне!» — Даша показала мне тухлую вишню…
— Когда я найду его, я ему… — злилась Лена.
— Это призрак повешенной девочки, Лен, — ответила Аня.
Вечером мы собрались на дискотеку. Из гардеробной вышла Даша и сказала, со смехом, что на ее джинсы кто-то вывалил испортившиеся абрикосы, а на шортах Ани — немного алычи. Аня едва не плакала, а Даша смеялась, успокаивая Аню.
Ночью мы решили проследить за тем, как это делается. Всю ночь мы, полузакрыв глаза, изображали спящих. Ничего. И на другую. А вот на третью…
Девчонки мирно спали. Я увидела, как Маша встала с кровати и пошла в гардеробную. Она достала оттуда пакет. Виноград… Маша прицепила пакет на веревку, широко улыбнувшись и тихонько посмеиваясь, подошла к окну и с приглушаемым смехом стала спускать его на веревке вниз. Маша еще пару раз посмеялась и довольная бухнулась на кровать. Через несколько минут я позвала:
— Мааш!
Наутро Маша, потупившись, призналась, что родители дали ей много фруктов, а Маша не хотела их есть и они портились.

Оставьте комментарий: